| ... |
[Sep. 24th, 2009|08:35 pm] |
Когда человек находится в постоянном духовном поиске,
Обоюдоострые грабли разбросаны на его пути,
Напрасно думать, что это чьи-то враждебные происки,
Это для кровообращения и помогает расти. |
|
|
| 5770! |
[Sep. 19th, 2009|03:21 am] |
 |
|
|
| ... |
[Aug. 19th, 2009|12:31 pm] |
В интересные времена живем.
Надо было мне почаще читать надпись на кольце прапрадедушки Соломона.
Впрочем, и это пройдет. |
|
|
| ... |
[Jul. 6th, 2009|09:54 pm] |
Мужчиной и женщиной сотворили Мы их
Из песка пустыни, из воды и глины,
и из красной земли.
Одна душа на двоих, одна судьба на двоих,
Каждому по половине, вовеки, отныне,
сделали, что смогли.
По пяти пальцев у тебя на руках,
Когда ты выдыхаешь воздух, у меня замирает сердце,
Закатное солнце запуталось в волосах, как в ветвях,
Я хожу по красной земле один,
мне некуда деться. |
|
|
| Стихи о вреде гуманитарного знания |
[Mar. 11th, 2009|03:05 pm] |
Стране не хватает -- сталеваров, плотников, крановщиков,
И много других категорий социально полезных граждан,
А тут, посмотрите, плодят и учат знатоков, понимаете ли, языков,
Да и учат-то, если быть честным, совсем неважно.
Скажу вам грозно, с революционнейшей прямотой,
Не боясь обидеть одну, двух, - да ладно! - пускай хотя бы и трех миловидных женщин
Ну какая разница, больше одной запятой
Будет в удачном тексте, или, положим, меньше?!
Так что пора одуматься и взяться за мастерки,
Пора выпиливать лобзиком заливисто и голосисто,
А чтобы про книги писать, или, не дай Б-г, стихи,
Да таких мастеров в любой махаяне штук триста. |
|
|
| Happy New Year! |
[Jan. 1st, 2009|01:04 am] |
Канун Нового года. Гримерка. Старый седой актер в костюме зайчика сидит
перед зеркалом, выводит черным гримом нос, смотрит на себя в зеркало,
вздыхает и говорит:
- Ты хотел стать артистом - ты им стал. |
|
|
| Той, что живет в этом городе... |
[Dec. 10th, 2008|10:55 pm] |
Санкт-Петербург -- это город-паук.
В сети зеркальные рек и каналов
Жизнь заманила и запеленала
Семь миллионов старательных слуг.
Именно так замыкается круг:
Нити плетут без конца и начала,
Сотканы прочно дома и причалы,
Пойман последний солнечный жук.
Вот и дожди здесь - привычный недуг.
Здесь Петропавловки острое жало
Натиск хитинного неба сдержало,
Грома рассыпан раскатистый звук.
Окон фасеточный взгляд близорук.
То ли пространства ему было мало,
То ли закуклилось время устало
В коконе белом метелей и вьюг,
Видно, какой-то слепой демиург
Создал его из цветного металла
Почвы болотной и городом стала
Снов паутина -- Санкт-Петербург. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 17th, 2008|08:51 pm] |
|
Картина маслом: "Мир, догоняющий философа Сковороду и прописывающий ему дюлей по первое число." |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 9th, 2008|11:56 pm] |
Если ты хочешь знать, то написание этих строк сродни радиопередачам на выходные дни; пересчёту песчинок в часах: ещё два-три года на сдачу, если сказать иначе, но заканчиваются и они.
По воскресеньям опять на кухне, пустующей без людей, холодно, сам по себе закашливается ворохом новостей старый приёмник уже не нужный тебе, шёпот живет в резьбе его полых пластиковых костей.
Когда он отключится, то ему вновь посылаются сны, все они означают, что как длина волны обратно пропорциональна её частоте, так молчанье есть только способ отчаянья поперечных колебаний струны.
Откатываются вспять не волны, но тысячу долгих лет безразличный идёт сигнал от сгоревшей звезды, которой, наверно, нет, до планет, которых не знал, на которых крошится любой металл и замедляется свет. |
|
|
| Осип Мандельштам |
[Oct. 5th, 2008|06:53 pm] |
РАКОВИНА
Быть может, я тебе не нужен,
Ночь; из пучины мировой,
Как раковина без жемчужин,
Я выброшен на берег твой.
Ты равнодушно волны пенишь
И несговорчиво поешь,
Но ты полюбишь, ты оценишь
Ненужной раковины ложь.
Ты на песок с ней рядом ляжешь,
Оденешь ризою своей,
Ты неразрывно с нею свяжешь
Огромный колокол зыбей,
И хрупкой раковины стены,
Как нежилого сердца дом,
Наполнишь шепотами пены,
Туманом, ветром и дождем...
1911 |
|
|
| . |
[Sep. 29th, 2008|02:53 pm] |
Господи! научи меня той
лёгкости, что доступна лишь
на картинах Шагала, когда летишь
над Бобруйском, Витебском, если закрыть глаза,
немудрящий насвистываешь мотив,
при цилиндре с тростью, пока гроза,
позабыв обиды и всем простив.
Горечи, растворенной в вине,
гордости, настоянной на
полыни не хватает мне и нужна
как уступка времени снов человечья речь,
чтобы имя в памяти произнести,
пронести сквозь тучи, в горсти сберечь
до полуночи или без десяти.
Голосом, не сочти уж за труд,
Господи, говорить со мной
из куста, из купины земли иной,
но когда наползает вязкая, как смола
ночь на город, на каждый бесцветный дом,
только лёгкость эта одна смогла,
может быть, сиять ледяным огнём. |
|
|
| Про "Когти неба". |
[Aug. 8th, 2008|03:07 pm] |
Я наконец-то дочитал страшную книжку. Ну, ту, где на обложке гроб с покойничком, а на дороге мертвые с косами стоят. И тишина. Обложка страшная, аж дрожь берет. Когда бы мне ту книгу не подарили, никогда бы не купил. Побоялся бы стоять с ней в очереди в кассу. Мало ли что может случиться с человеком в очереди. Кошелек там, не знаю, срезать могут, нахамить, на ногу наступить, а ну как если такую книжку в руки взял -- непременно обсчитают, это и к гадалке не ходи. Мистика! Ужас, ужас!
Обещал высказаться -- выскажусь, по каждому автору отдельно. Будут у меня такие читательские заметки на полях. Благо, внутри книга оказалась не такая опасная, как снаружи. Даже практически хорошая. Удивительное дело, где столько хороших рассказов отобрали. Без нечистой силы явно не обошлось. Известно, чем сейчас прилавки книжных полны. А тут -- чистое золото. Понятно, алхимическим камнем пользовались, из концепта конфетку делали. Впрочем, начну.
Даниэль Клугер. "Вечера в местечке Яворицы". Вот тут меня могут обвинить в сионизме, но молчать не могу: прекрасные рассказы написал писатель Клугер. Кошерные. Есть что-то от Гоголя, что-то от Бабеля, что-то от Бубера. Загадочные, как хасидские притчи, и печальные, как кадиш. Близкие традиции, но лишенные местечковости. Особенно трудные места снабжены талмудической мудроты комментариями.
Игорь Алимов. "О чем умолчал Пу Сун-Лин". Со знанием и мастерством рассказанные истории про приключения русского человека, проникшегося китайским духом по самые гланды. Оно ведь как бывает: вот глядишь ты постоянно в бездну, чуть ли не каждый Б-жий день, а может, это она, наоборот, в тебя всматривается, изучает. Или, скажем, начнешь исследовать чужую культуру, а тут, глядишь, и чайник у тебя на столе глиняный, китайский, и надписи иероглифические в коридоре, и бюст председателя Мао с полки щурится поощрительно. Неизвестно все, то ли история про современный Пекин, то ли про современный Питер, то ли про лис-оборотней, а то и вовсе про духа горы и чешскую пивницу. О ней следует сказать особо -- место в Питере известное, пафосное, я и сам там бывал один раз. Позволил себе выпить кружечку-две с сухариками. Категорически заявляю, что теба сухариков в рассказе не раскрыта. А так -- крепкие, мощные сочинения.
Игорь Наумов. "Сан Конг". Очень необычный рассказ. Про исчезнувшую полинезийскую (или меланезийскую, кто разберет?) цивилизацию колдунов и месть последнего из анъяров белому человеку. Много, много еще непознанного в Тихом Океане. Кто воздвиг статуи на острове Пасхи? О чем молчит Большой Коралловый Риф? Зачем аборигены сьели Кука? Сплошные загадки.
Вадим Панов. "Ведьма". Страницы с 231-ой по 266-ую. При указанном тираже в 7000 экземпляров и возможных допечатках это многое кубометры ценнейшей древесины. Можно было бы спасти дерево, и не одно. Но, к сожалению, никому, кроме меня не жалко сибирских лесов и рассказ напечатали. Хотя, конечно, на фоне этого рассказа все остальные -- творения гениев и гигантов мысли. Не без того.
Виктор Точинов. "Русалка на ветвях сидит". Ну, рассказ. Про русалку. Какой-то даже кинематографичный, черно-белое кино. Не знаю, не жалую я этих новомодных штучек, особенно когда кроме них ничего и нет.
Михаил Кликин. "Деревенские истории". Добротно. Посконно. Домотканно. Видно, что в деревне Б-г живет не по углам, а всюду. Черт, впрочем, тоже живет всюду. Помогает колоть дрова, топить печь, варить щи и плести лапти. Об этом и рассказы. Возможность же все это наблюдать и описывать -- единственная, впрочем, благодать, доступная в деревне атеисту. Такие дела. Понравилось.
Кирилл Бенедиктов. "Коралловый остров". Скучно, грустно, вяло и темно. В конце все умерли. Повесь про четырех москвичей. Он любил ее, а она его не любила и вышла замуж за его более удачливого партнера по бизнесу, а ему приходилось удовлетворяться украинками. Но он замыслил месть и привез всех на зачарованный остров заниматься дайвингом. И тут, в морской пучине, перекрыл сопернику сзади кислород. В отличии от картонных героев, природа и подводный мир, а также секреты дайвинга прописаны хорошо. Рассказ рекомендуется включать в буклеты для туристов, собирающихся на Красное море. Сопровождать соответствующими картинками коралловых рифов, бедуинов и экзотических рыб.
Андрей Плеханов. "Когти неба". У этого автора есть один гениальнейший рассказ: "Левый глаз". А рассказ про когти -- просто очень и очень хороший. Кажется, даже, лучший рассказ сборника, ну, может, один из лучших.
Юлия Большакова. "Сказки". Страшилки на ночь. Неплохие, конечно, но в чем цимес, я так и не понял. Рассказывают, что их страшно читать, не знаю, всяко бывает, особенно среди барышень. Мне страшно не было, меня пугали, а мне не страшно. Уа-ха-ха.
Василий Мидянин. "Магистр". Плохой Писатель Мидянин(ТМ) написал средний рассказ. Бывает. Чернокнижники, архонты, мастодонты, католики, русская православная церковъ и прочий кот Да Винчи.
Александ Тюрин. "Двойники". Ну да, забавно. При чем тут компьютеры совершенно неясно. Зачем биография и жизненные успехи и неудачи главного героя описаны? Много узнать юному падавану предстоит. Впрочем, забавно все равно.
Владимир Березин. "Календарная книга". Ничего не скажу. Рассказы крышесносительные, нужно читать. Читать нужно. Правильно читать.
В общем и целом, мне понравилось. Такое будет мое последнее читательское слово, а больше никаких слов не будет. Хао, бледнолицые братья мои! Не забудьте завернуть книгу в газету "Московский комсомолец", чтобы обложку не увидели дети и старушки. |
|
|
| Старею. |
[Jul. 19th, 2008|12:11 am] |
|
Хотя казалось бы. |
|
|
| Кыргызская народная мудрость. |
[Jun. 14th, 2008|09:42 pm] |
Древние киргизы не знали о существовании евреев, а потому все
происходившие с ними беды относили на счет темных сил природы...(c) |
|
|
| Персефона. |
[Jun. 3rd, 2008|01:13 am] |
Есть беспричинная грусть,
Но нечем бороться с ней,
Черная желчь, меланхолия,
И она намного черней
Зимней ночи беззвездной,
Цвета твоих зрачков.
Печаль заполняет пространство,
И выходят из берегов
Зеленые воды Стикса,
Плотные, как слюда,
Душа, захотев напиться,
Касается кромки льда;
Мутные воды Леты,
По вкусу похожие на
Бронзовую монету,
Не достигшую дна.
Наводнение. Тонут
Арки, дома, мосты
В душной, ватной, бездонной
Тишине темноты.
То, что нельзя исправить,
То, что хранить должны,
Почки деревьев, память:
Верный приход весны. |
|
|
| Весна пришла. |
[Apr. 2nd, 2008|01:31 am] |
Не помню лиц, но помню голоса:
Как будто шепот или пенье.
До первых звезд осталось полчаса,
До их холодного свеченья.
Над городком двурогая луна
Взойдет небесною лампадой,
Благословим создателя вина,
Лозы и гроздьев винограда.
Багряной нитью сшиты небеса,
В рогожу дымную одеты.
Не видно звезд, но слышны голоса
Посланцев сумерек и света.
Пускай войдут незримые для глаз
Под полог праздничного крова.
Во всех вещах в предсумеречный час
Проявится первооснова. |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
simplehedgehogs's journal
